Система электронных торгов против тендерной мафии: кто кого?

23_112254_1Парадокс, который никого не удивляет: чем больше государство борется с коррупцией при госзакупках, тем сильнее эта самая коррупция и громче скандалы вокруг растраты казенных денег. Это в свою очередь заставляет борцов с тендерной мафией изобретать новые лекарства от злоупотреблений. А мафию – придумывать способы, как обходить расставленные ловушки. В результате страна ходит по замкнутому кругу. Очередной попыткой вырваться из него называют идею электронных тендеров. На прошлой неделе стало известно, что к ней приобщается Минэкономразвития – ведомство, отвечающее за проведение тендеров на национальном уровне…

О том, что Минэкономразвития заинтересовалось системой электронных тендеров, 15 октября сообщила его пресс-служба на своем сайте. В тот же день на заседании круглого стола заместитель министра экономического развития и торговли Украины и по совместительству руководитель аппарата Роман Качур заявил что «внедрение эксплуатации системы электронных тендеров может позволить сэкономить до 20% средств от общего объема всего рынка государственных закупок».

«Минэкономразвития является центральным органом исполнительной власти, который отвечает за реализацию государственной политики в сфере государственных закупок. На сегодня это огромный рынок – около 200 млрд. грн. Из них при обеспечении электронными инициативами мы сэкономим 10-20%», – считает заместитель министра.

Любопытно, что по оценкам Минюста госбюджет Украины ежегодно теряет 150 млрд. грн. (!) из-за непрозрачных госзакупок (с учетом и региональных тендеров). Поэтому выгода от «детенизации» процесса очевидна. Для государства это экономия казенных денег, получение более качественных товаров и услуг. Для бизнеса – больше шансов поучаствовать в тендерах, которые должны стать более прозрачными. По новым правилам к участию в тендерах может быть привлечено большее количество участников, сократятся также лишние расходы.

Объявлено, что система электронных госзакупок будет ориентирована на минимизацию бюрократии и упрощение системы подготовки к тендерам. Ведь на сегодняшний день участие в тендере является очень сложным процессом ввиду подготовки целого ряда документов, которые собираются в десятках ведомств.

Самое проблемное новшество – не предоставлять возможность заказчикам осуществлять закупки у одного участника без конкурса и вне контроля. Это то, вокруг чего развернулись ожесточенные споры в связи с закупками для армии. Что делать – следовать букве закона или исходить из фронтовой необходимости?

Именно в новом законе собираются подойти к «пост-квалификации» с целью минимизации бюрократии. Таким образом, как поясняют в министерстве, «компании смогут участвовать в тендере на основании задекларированных данных, и тщательная проверка уже осуществляться только в тех, кто действительно победил».

Самое проблемное новшество – не предоставлять возможность заказчикам осуществлять закупки у одного участника без конкурса и вне контроля. Это то, вокруг чего развернулись ожесточенные споры в связи с закупками для армии. Что делать – следовать букве закона или исходить из фронтовой необходимости?

Как можно оценить предложенные изменения? Начнем с того, что теоретически при любой закупке у отечественного производителя государство становится инвестором в собственную экономику, что должно позитивно отражаться на развитии отдельных ее секторов. Это в свою очередь улучшает условия работы бизнеса, что благоприятно влияет на развитие экономики и уплату налогов. Так что в глобально-стратегическом плане все хорошо. Но есть нюансы.

Например, важным фактором для внедрения электронных тендеров является законодательная база. Здесь имеются два подхода. С одной стороны, по словам Романа Качура, у министерства есть все возможности, в юридическом и правовом поле, ввести эту систему для так называемых «допороговых» торгов своими внутренними нормативными актами.

Для справки. Допороговыми торгами называют закупки на сумму меньше 100 тыс. грн. для товаров и услуг и 1 млн. грн. для работ, которые не подпадают под действие закона о госзакупках.

С другой стороны, чтобы выйти на большие масштабы, необходимо принять новый закон. Уже организована рабочая группа по внедрению электронных систем, осуществляются все необходимые мероприятия в рамках закона «О государственных закупках». Но дело это небыстрое. Особенно с учетом перевыборов парламента.

Что касается технической стороны вопроса, то заместитель главы Администрации президента Дмитрий Шимкив (бывший топ-менеджер «Майкрософт-Украина», ныне отвечающий за вопросы электронного документооборота) сказал 15 октября на своем брифинге, что, если бы украинские разработчики смогли сделать тестовый результат электронных тендеров до начала декабря, тестовый запуск системы был бы уже возможен в декабре этого года.

Тестовое внедрение системы электронных закупок во всех государственных структурах представляется вполне возможным уже в феврале 2015 года. Именно тестовое. И это является правильным шагом, ибо, по нашему мнению, позволит увидеть недостатки системы и оперативно их устранить. Но…

При этом речь идет только об эксплуатации пилотного проекта по упомянутым выше «допороговым» торгам. В принципе, это не так мало для «теста»: общая сумма допороговых закупок в АП на сегодняшний день составляет около 2,9 млн. грн. Но в масштабах государства – это капля в море.

Тестовое внедрение системы электронных закупок во всех государственных структурах представляется вполне возможным уже в феврале 2015 года. Именно тестовое. И это является правильным шагом, ибо, по нашему мнению, позволит увидеть недостатки системы и оперативно их устранить. Но…

Надо отметить, что в Украине уже действуют электронные торги арестованным имуществом с 1 июля 2014 года в тестовом режиме. Государственное предприятие «Информационно-ресурсный центр» на своем сайте сообщает, что по сравнению с показателями прошлого года общий объем реализации арестованного имущества в течение торгового дня вырос с 13% до 60%. Рост стоимости составляет 100% против 0,5% в прошлом году. При этом торги стали более динамичными, также увеличилось и количество желающих приобрести лот. Однако в нашем случае объемы электронных торгов будут зависеть от бюджетного финансирования, поэтому резкого увеличения торгов в ближайшем будущем ожидать не следует.

Существуют и другие риски. К примеру, необходимо обеспечить невозможность вмешательства в онлайн-систему любых посторонних лиц, в том числе государственных исполнителей, чтобы избежать незаконного влияния на ход торгов, их результаты или срыв. Но такой гарантии, как все понимают, пока нет.

Непонятно также, будет ли взиматься какая-то плата за участие в торгах, будет ли вноситься залог, если да, то необходимо уточнить каким будет его размер. К примеру, в электронной продаже конфискованного и арестованного имущества необходимо внести залог (5% от стартовой цены). Также информация о торгах не должна скрываться, чтобы все заинтересованные потенциальные субъекты могли принимать в них участие.

В общем, если подводить итог, то в целом внедрение системы электронных тендеров – это позитивный шаг, который должен значительно повысить уровень конкурентности в данной сфере. Но это в теории.

На практике же многое будет зависеть и от нового закона, который могут принимать не один год, и от способности его разработчиков выставить эффективные заградительные барьеры на пути злоупотреблений и коррупции. Наконец, даже при условии, что все будет сделано оперативно и качественно, нельзя полностью исключить, что человеческий фактор сумеет переиграть даже высококлассную законодательную базу, и будут изобретаться новые, более изощренные злоупотребления при проведении госзакупок. В конце концов, в борьбе с тендерной мафией до сих пор рано или поздно побеждала мафия…

Евгений Севрук, финансовый аналитик Credo-Line LLC
Источник: Версии

 

 

Поширити: